Игорь САВЕЛЬЕВ
По обе стороны зоны RU.

http://www.russkiymir.ru/russkiymir/ru/magazines/archive/2010/12/article0009.html



По обе стороны зоны RU


В конце октября в подмосковном пансионате Липки прошел Х, юбилейный Форум молодых писателей России. Почти 200 человек из-за рубежа и России собрались вместе, чтобы поработать на семинарах поэзии, прозы, драматургии и критики, которые проводились старшими мастерами, сотрудниками редакций ведущих толстых журналов, а также – чтобы познакомиться, пообщаться и весело провести эту сумасшедшую неделю.


Эмоции кипели: мальчишки и девчонки обменивались е-mail и номерами «асек», братались и ссорились, хвалили и ругали тексты друг друга, переживали насчет того, что скажут на семинарах о них...


Мне посчастливилось пройти по конкурсу прозы с романом «Терешкова летит на Марс» (семинар «Нового мира»), поэтому все это «буйство красок» я наблюдал изнутри, и некоторыми впечатлениями хотелось бы поделиться.


Организатором Форума выступил Фонд социально-экономических и интеллектуальных программ, возглавляемый Сергеем Филатовым, при поддержке фонда «Русский мир».


Гитара, физика, война


Возрастные границы на Форуме несколько размыты. Официальный потолок для участников конкурса – 35 лет. И неудивительно, что за нашим дружеским столом по вечерам оказывались люди с совершенно разным жизненным опытом. Одному могло быть 19 (Сережа Кубрин, студент из Пензы, перспективный прозаик), а другому – 32. Собственно, об этом «другом» я хочу рассказать подробнее.


С Дмитрием Лоскутовым нас поселили в одной комнате. Молодой человек пишет яркие, самобытные стихи, на Форуме работал на семинаре поэзии журнала «Октябрь». А в момент знакомства более всего заинтриговало то, что он – из Тбилиси. «Как же ты сюда добрался? Как вы там вообще живете?» – сыпал я вопросами, подразумевая под «вы» русских да еще и писателей. Это в первую очередь интересовало всех, с кем Дима знакомился.


На первый вопрос он отвечал обстоятельно, описывал изматывающие сложности, с которыми связан выезд из Грузии в Россию. Очереди перед бывшим российским консульством, которое сегодня именуется специальным отделом дипломатического ведомства Швейцарии. Трудности с получением визы. Дмитрию очень помогли организаторы Форума, которые, строго говоря, официально должны обеспечить лишь проживание, питание и собственно семинары. В случае Дмитрия фонд, во-первых, на удивление быстро мобилизовал российские министерства – и нужные факсы в консульство были отправлены, после чего визу выдали мгновенно; во-вторых, в частном порядке оплатил билеты. С гражданами России проще. Организаторы ходатайствуют об оплате проезда делегатов перед властями регионов. Где-то на эти ходатайства реагируют с большим энтузиазмом, где-то – с меньшим, но в целом машина работает. Но с Грузией?.. Было бы безумием, если бы российские ведомства обратились к властям этой страны с просьбой обеспечить проезд делегату...


Я спросил, давно ли он был в столице России. «Если считать транзитное ожидание в «Шереметьево» за визит в Москву, то в 2002 году».



О себе Дмитрий рассказывал скупо. Уже потом, из буклета Форума, я узнаю, что два года назад он победил в конкурсе поэтических переводов с грузинского на русский, организованном Фондом Ельцина.


– Я родился и вырос в Тбилиси, как и мои родители. Окончил физико-математическую школу, затем – физфак Тбилисского госуниверситета... Что-то писал с самого детства, наверное, как все. Естественно, считал себя поэтом, набивал на печатной машинке свои «шедевры» и сам себя цитировал практически во всех школьных сочинениях (благо выбирал свободные темы). Научился играть на гитаре, что способствовало привлечению меня в довольно-таки шумные и не очень здоровые, в смысле алкоголя, компании, о чем никоим образом не жалею. Да, окончить обучение в музыкальной школе-студии помешала гражданская война.


Первая публикация состоялась в окружной военной газете, чему помогла моя будущая супруга, и потом – несколько лет тишины. Пока моя подборка со стихами не попала в руки местному поэту Игорю Эибову, а через него – в альманах «Мансарда». Если опустить подробности, то в итоге я оказался в литобъединении «МОЛОТ О.К.», которому в этом году исполнилось пять лет. За все это время мы сменили три места базирования, бывало, работали и на свежем воздухе. В первый год было до 30–35 человек у нас, сколько нас сейчас – сказать трудно. Может, 10, может, 15. Но это костяк. А новый поток молодежи – скорее, ручеек – вливается потихоньку в наши ряды. ...Что такое «МОЛОТ О.К.», автор этих строк узнал из разнообразных заметок о сегодняшней русской литературе Грузии, которые Дмитрий позже любезно прислал. «Молодежное объединение литераторов, обитающих в Тбилиси, – о’кей». Такое экспрессивное и оптимистичное название. Судя по этим заметкам, литпроцесс действительно теплится «на руинах»: легендарный журнал «Литературная Грузия» с трудом дотянул до 2003 года, русская секция Союза писателей насчитывает всего десяток человек, а сам союз существует «бездейственно и молчаливо». Живы несколько литобъединений...


Главная беда, считают сами писатели, это обвал профессионализма. Когда я читал подробную, как регистрационная книга ЗАГСа, хронику жизни ЛИТО и выхода редких малотиражных альманахов, то вспомнил вдруг это ощущение от лекций по истории «зарубежки»: что высокая словесность античности вдруг обвалилась в какой-то каменный век, в первобытное отсутствие литературы, в котором с трудом вызревали редкие анонимные эпосы. Так и здесь. Все выпускается самиздатом. Качество кустарное. Тиражи мизерные. Нормальные произведения не отделить от графомании, изданной за счет авторов. Интересные журналы, не состоявшиеся только потому, что они отпечатаны на пишущей машинке в нескольких экземплярах... Отсутствие критики... Если читатель, пусть не массовый, книги и существует, то покупатель – уж точно нет. Российским провинциям проще. Там многие схожие проблемы давно уже решил Интернет.


Дмитрий Лоскутов тоже избегал политики в разговорах. В курилке я не мог не спросить его про август 2008-го. Он на удивление спокойно припомнил, что жена была на последних сроках беременности, что Тбилиси опустел – все бежали из города, а он спешил домой к жене, прикидывая, попадет их район под бомбежку или нет.


В Липках Дмитрий выглядел радостным. Единственное, что его тревожило, – это как он впихнет в багаж те килограммы новых книг, которые раздавались участникам. Дима, распихивая их по сумкам, приговаривал, что в Тбилиси таких книг не найдешь. Хочется верить, что русский поэт будет бывать в России чаще, чем раз в восемь лет...


А из нашего окна...


Делегаты из ближнего (а некоторые – из дальнего) зарубежья участвуют в форумах всего несколько лет, притом что само название мероприятия по-прежнему содержит слова «молодые писатели России». И эта Россия очень разная. Одна очаровательная (и, кстати, одаренная) девушка, сверкавшая в Липках разнообразными нарядами, в последний вечер, когда ужинали перед погрузкой в автобусы, старательно заворачивала пирожки в салфетки.


– Сейчас приеду домой, в холодильнике шаром покати, а до ближайшего продуктового магазина, между прочим, идти полчаса, – пояснила она.


– Где же ты живешь? – удивился я, пытаясь прикинуть, где это в Москве такие отсталые районы.


– В самом центре... У меня с балкона видно Кремль...


Все на контрастах. Разговорились с юношей из глубинки – обитает в райцентре одной из неприметных среднерусских областей. Называть регион не хочу по причинам, которые скоро станут понятны. Лилась обычная для нашей среды беседа: где издаваться и публиковаться, на какие конкурсы лучше обратить внимание и т.д. Картинки областной литературной жизни, нарисованные нашим собеседником, были, как всегда, удручающи. Но – есть местный толстый журнал. Название нам, правда, ничего не сказало, но это уже что-то.


– Почему туда не отнесешь свои рассказы?


Парень машет рукой:


– Там только за деньги...


Так-то ничего шокирующего. Мало ли частных изданий, публикация стихов или прозы в которых – только за «взносы». Многие провинциальные альманахи лишь на такие средства и издаются... Однако выясняется, что ситуация не совсем такая. Журнал государственный, содержится местными властями. Никаких «взносов» официально нет. Главный редактор, соответственно, чиновник (руководитель пусть маленького, но госпредприятия). Деньги авторы несут ему. По сути, взятка. Есть неформальный прейскурант: сколько стоит роман, сколько стоит рассказ... Юноша рассказывает не то что с обреченностью, а просто с таким бесстрастным видом, будто так и должно быть. Мы начинаем горячиться. Доказывать ему, что с этим беспределом надо как-то бороться. Столичный критик, затесавшийся в наши ряды, страстно советует парню идти в ОБЭП, получать меченые деньги, устраивать «подставу». Не ради публикации какого-то рассказа, бог с ним, и не в копеечных, по сути, суммах дело – просто из принципа. Но разговор как-то постепенно вянет. Ибо – кто всем этим будет заниматься, кому это надо?..


Потом задумываешься: почему стала возможна такая феодальщина?


Думаю, по двум причинам. Первая: «большой литературе» все эти местные структуры, а по сути, и региональные литературные процессы, стали не очень-то и нужны. Дело даже не в том, что московские журналы и премии замкнулись в своей самодостаточной «тусовке», в чем их часто обвиняют. Они, может быть, и не вполне замкнулись. Но многих провинция интересует только на уровне имен. Логика примерно такая: вот обнаружился Иванов Иван Иванович, самородок из глухомани, пишет классные вещи. Так пусть печатается у нас, бывает у нас. А что там у них, в этой глухомани, происходит – это не особо интересно. Это заведомый шлак. Вот и выходят в губерниях никому не известные журналы и альманахи, работают какие-то катакомбные клубы и объединения, все это не встроено ни в какие системы, информации даже друг о друге минимум, люди варятся в собственном соку. Печатают на принтере брошюры, которые никем толком не будут прочитаны. И этот каменный век вообще-то мало отличается от ситуации в Грузии... В принципе, сегодня делается уже много, чтобы это преодолеть. Запущен специальный сайт – «Новая литературная карта России». В «Новом мире» ежемесячно выходят обзоры новых книг и периодики. В «Знамени» появились рубрики «Нестоличная Россия» и «Незнакомый журнал»... Но все это пока охватывается урывками, фрагментами.


Вторая причина в том, что в регионах, как для общественности, так и для властей, культура – на последнем месте. Попробовал бы в той же среднерусской области директор завода или еще какой-нибудь руководитель, пусть и малого масштаба, так же нагло, размеренно, в течение многих лет, практически в открытую брать взятки. А если речь о журнале или альманахе, даже название которого в регионе нетвердо знают, то кому какое дело, кто превратил его в свою вотчину и как они вообще там существуют...


Пожалуй, такие проекты, как Форум молодых писателей России, премия «Дебют» и им подобные тем и хороши, что позволяют ребятам из провинции увидеть другую жизнь, но не «перетаскивая» их в столицы, а давая возможность воспринять свою малую родину и свой литературный пейзаж частью одного пространства, одной литературы. А когда есть социальные сети, сотовая связь и прочие блага цивилизации, никакие границы и часовые пояса уже ничего не значат. Новое поколение писателей растет другим и уже не замкнется в своих захолустных мирках.


Кстати, о птичках, то есть о рыбках


Распорядок дня в Липках был железный: сколько бы ни засиживались юные – и не очень – литераторы в круглосуточном баре, к 10 утра все как штык являлись на свои семинары, ну а после обеда начинались «лекции» в актовом зале. Считалось, что посещение их обязательно, однако многие, как выразился один из литературоведов, манкировали. И тут, опять же, сказывалась разница в возрасте и жизненном опыте (как следствие – интересах). Когда в пансионат приехал известный экономист Михаил Задорнов, то на его выступление, посвященное кризису и прогнозам, пошли в основном те, кто постарше. А когда на сцену выходили старшие писатели, то наполняемость зала прямо зависела от их известности у широкой публики, и эту странную для профессиональной среды «попсовость» никак не удавалось преодолеть. Как бы ни были необычны рассказы Алексея Варламова о Платонове, Алексее Толстом, Булгакове, Грине (на протяжении многих лет Варламов работал над их биографиями для серии «Жизнь замечательных людей»), на Дмитрия Быкова сбегалось больше народу. Закон жизни...


Организаторы мероприятия справедливо решили, что не обязательно «кормить» молодых писателей лишь их коллегами, пусть старшими, пусть популярными. Главное – чтобы человек был интересный. Расчет оправдался. Когда в Липки приехал летчик-космонавт Алексей Леонов – старенький, но в щегольском френче серометаллического оттенка, и уголок алого платочка был идеально подобран под орденские ленты двух звезд Героя Советского Союза, – набился полный зал. Леонов держал внимание мастерски. Начав по-свойски («А с Алтая есть кто?.. Ты?..»), он расписывал не парадные стороны космических побед, а больше «травил байки»: «На орбите мы должны были провести опыт с рыбками... Они были в контейнере с водой, но он, к сожалению, разгерметизировался... В бортовом журнале был вопрос: как себя чувствуют рыбки? Мы написали: рыбки чувствуют себя хорошо, они умерли...» Впрочем, помимо веселья было затронуто и немало серьезных тем. В Леонова влюбился весь зал. Спустя несколько дней, когда торжественно закрывали Форум, один из немолодых мастеров вышел на сцену и сказал, обращаясь к делегатам: «Отдельное спасибо вам за ту десятиминутную овацию, которую вы устроили Леонову. Я прослезился. Это ведь наша молодость. Спасибо за то, что для вас это так же дорого».


Такие встречи ценны и тем, что начинающие писатели – как исследователи человеческих душ (при всей одиозности этой, чуть измененной, формулы) – учатся спорить, что-то воспринимать критически. Леонову задали вопрос о скандале с неприсвоением космонавту Максиму Сураеву звания Героя России. (Разумеется, Леонов отозвался об этом крайне негативно.) Но почему-то «за счет» летчиков Андрея Ламанова и Евгения Новоселова, спасших жизни десятков пассажиров и посадивших неисправный Ту-154 на заброшенный таежный аэродром.


– Почему работа космонавта, который много месяцев готовился к полету, провел уникальные работы на орбите, очень многое сделал, – это не героизм, а посадка при выпущенных шасси и работающем двигателе на аэродром, пусть и аварийная, – оценивается выше? – спросил Леонов.


Впрочем, небольшие разногласия никак не влияли на симпатию Алексея Леонова и слушателей – взаимную: наш собеседник радовался, что в зале так много молодых лиц, и рассказывал про наших ровесников – молодых ребят из Центра подготовки космонавтов им. Ю.А. Гагарина.


Было приятно, что Алексей Леонов сравнивает нас с ними. И в этой связи обратила на себя внимание еще одна маленькая деталь. Гость несколько раз упомянул московскую гостиницу «Юность». Мол, «мы с Юрой (Гагариным) были в «Юности» и пошли в тамошнюю парикмахерскую бриться…». Я и раньше встречал упоминания об этой гостинице как о месте «тусовки», говоря современным языком, прославленных космонавтов 60-х. Сегодня это – ничем не примечательная, довольно старая «стекляшка» возле третьего транспортного. Но именно в ней проводится премия «Дебют». И именно там каждый год живут и «тусуются» пишущие ребята из разных уголков России... Эта тоненькая ниточка, может быть, и выглядит смешно, но дело даже не в ней и не в гостинице. Просто приятно чувствовать преемственность. Может быть, одна из главных задач Форума молодых писателей России и близких ему проектов – как раз в том, чтобы дать ребятам из разных уголков страны и ближнего зарубежья ощутить себя преемниками творческих, думающих русских людей прошлого.


Фонд «Русский мир»

 

© 2000 Москва. Фонд СЭИП.
e-mail: fseip@mail.ru